dead_pichto

Category:

Как Mitteleuropa помогает полякам ссориться, но не помогает мириться

В  интервью с членом Национального совета по развитию при президенте  Польши, профессором Варшавского университета Витольдом Модзелевским  выяснилась чрезвычайно интересная подробность. Вся беседа целиком гораздо интересней , но кое-что стоит выделить.

Дело  в том, что в польском обществе уже привыкли, что отношения с Штатами  строятся в военно-политической сфере, а с ФРГ договариваются на темы,  интересные немцам в свете проектов из пакета Mitteleuropa.

Что  мешает не ссориться, а лавировать в рамках польских интересов,  организовав отношения и с американцами, и с Россией, и сКитаем и с  лидером Евросоюза (ФРГ)? Ответ поражает простотой...

Со  времён прусского видения стратегии развития, концепцию «средней Европы»  модифицировали в Третьем рейхе (Drittes Reich ), а последняя  модификация давит на поляков с распада СССР и прекращения Варшавского  договора.

Итак,  около тридцати лет реализуется видоизмененная концепция германской темы  Mitteleuropa, что всего лишь есть экономическое подчинение стран  Центральной и Восточной Европы интересам Берлина. А для этого...

Для  успеха проекта в Берлине прикинули, что нужно возродить идеи 1916—1918  годов, а Польша в соответствии с доктриной должна быть антироссийской,  но числиться и казаться одним из многих «независимых государств» ЕС.

Долой  иллюзии: «независимых» означает, что зависит только от Берлина. И  польское государство обязано занять своё место среди других, отделяющих  ФРГ от РФ. Профессор Модзилевский констатировал, что Польша находится  прежде всего в зоне германского влияния.

Некоторое  время виделся американский призрак: концепция выхода из-под опеки  Берлина посредством «стратегического партнерства» с Вашингтоном. Сейчас  видно, что тема ушла в прошлое из-за американского кризиса и  неприязненного отношения к нынешней правящей польской партии.

А что было бы, если бы независимость была? Прямо сейчас! 

Профессор: 

«Наше  пространство для маневров в отношениях с Россией и Китаем сейчас  невелико. Ибо у нас нет никакого независимого центра политической мысли,  который мог бы выработать политическую доктрину, являющуюся  отступлением от предписания подчиняться так называемому Западу...»

Почему?  А не дают великие мира сего такого объема суверенитета «малым странам»,  особенно расположенным между противостоящими великими «протекторами».

Если бы поляки захотели, возможно, пространство для маневра было бы шире, как у венгров. 

Профессор  упоминает два «золотых» периода отличных торговых отношений, которые  отменили старые споры и обиды: периоды 1870 — 1914 гг. несуверенной  «Конгрессовой Польши» и 1945−1989 гг. — уже советский рынок.

Важная  оговорка сделана членом Национального совета по развитию при президенте  Польши о советских временах: это запретный период. 

Ларчик  открывается просто: германская концепция Mitteleuropa была враждебной  реакцией на экономический успех России в 1870—1917 годах.

Признак:  ещё во время первой немецкой оккупации в 1916—1918 годах польская  современная и конкурентоспособная промышленность намеренно и сознательно  германцами уничтожалась. 

Пора  делать вывод: реальные политики Польши отлично понимают, что влипли.  Закономерности зарождались в позапрошлом веке, два периода  добрососедства (каждый по 44 года) не короче периода вражды.

Учитывая,  надвигающуюся «новую Ялту», т.е. передел сфер влияния и уход в  перспективе США из Евразии (или вышибание, если заартачатся), в Варшаве  начали думать, что же дальше делать...

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic